Есть одна закономерность, может быть не очень явная, но ее можно заметить. Характер ума зависит от его направленности. Когда он устремлен к высокому, к Богу, тогда он чист, и мысли человека возвышенны. Если все помыслы об одном – о земном, суетливом, ложном, тем более грешном и преступном, то и ум соответственно такой же.
Теперь о человеческом теле. Для христиан оно греховно. Остальные так не думают. Но вот что интересно – когда речь заходит о действительном духовном совершенствовании, в религиях и духовных практиках обнаруживается единый подход – телесные влечения любыми способами сводятся к минимуму. Тело ограничивает духовное движение и препятствует восхождению к Богу, тянет как камень вниз.
С состоянием тела связаны чувства и эмоции. Даже обычный режим питания отягощает дух. Первое, что всегда делают – снижают ежедневное потребление. Самой распространенной формой ограничений в пище является пост. Православные постятся довольно разнообразно. В сорокодневный Великий пост перед Пасхой Христовой запрещено употреблять мясные, рыбные и молочные продукты, а также яйца, т. е. продукты животного происхождения. Вовремя мусульманского поста нельзя ничего есть и пить с восхода солнца и до заката. В иудаизме нет длительного поста, только в Йом Кипур (Судный День или день прощения грехов) требуется строгое голодание.
Эти посты рассчитаны на каждого верующего. Но те, кто хотел стяжать высший духовный дар, шли на большее. Сергий Радонежский ел только заплесневелый хлеб. Серафим Саровский немало дней питался исключительно травами. Будда, когда он скитался в джунглях, употреблял то, что давал лес.
Такие испытания может выдержать только сильный организм. Например, Иоанн Златоуст, здоровье которого было слабым, серьезно подорвал его после нескольких лет отшельничества. Длительное голодание без духовно-энергетической подпитки организма может привести к истощению нервной системы и возникновению галлюцинаций.
Давно замечено, что употребление мяса, особенно обильное, усиливает агрессивность, гневливость, вспыльчивость (помимо непосредственных проявлений темперамента и характера). Поэтому вегетарианство – не только нравственная позиция. В индуизме даже разработана система, подразделяющая пищу на три категории: тамасическую, раджасическую и саттвическую. Желающие развиваться духовно должны употреблять только саттвические продукты: овощи, фрукты, зелень, молоко. Мясо, рыба, острые специи, относящиеся к тамасической и раджасической пище, в этом смысле крайне вредны. А если уж использовать понятие энергии, то можно утверждать. что мясо и иже с ним стимулируют выработку организмом более грубых энергий (хотя врачи вряд ли с этим согласятся). Разумеется, о потреблении спиртного и курении вопрос даже не стоит.
На высших стадиях духовного развития уже можно почти не употреблять природные продукты, т. е. человек имеет возможность жить, исключительно «питаясь Святым Духом». Проблема. которая возникает здесь – необходимость пополнять организм веществом. Шри Ауробиндо рассказывал, что после двадцати трех дней голодания он чувствовал себя прекрасно (естественно, что у него произошли изменения в энергетической системе организма в результате значительных духовных подвижек). Но тело стало усыхать, и именно это обстоятельство заставило его вернуться к обычному питанию йогов.
Следующая проблема для всякого адепта духовности – половые отношения. Многие считают, что с природой бороться бесполезно. Она нас такими создала, и ей надо подчиниться. Тем более, если в той или иной религии убеждены, что половая жизнь дана человеку Богом как часть его творения. Но ведь мы говорим о святости.
Иудаизм настаивает на том, что «брак – это не только посвящение женщины мужчине, это освящение обоих. Супружество – это путь к святости, указанный Всевышним. Один из известных хасидских равинов 19 века Цадок га-когэн из Люблина в книге Исраэль кдошим обосновывает различие в восприятии святости в иудаизме и в разных религиях. Смысл святости в иудаизме состоит в том, чтобы ею были проникнуты все земные дела, чтобы все они совершались во имя Всевышнего. У других народов служение Б-гу ограничивалось и ограничивается жертвоприношениями, молитвами и другими духовными актами, не распространяясь на повседневные дела. У евреев оно охватывает все сферы жизни – от завязывания шнурков до еды, питья и супружеских отношений. Причем отношения между мужчиной и женщиной, неотъемлемым компонентом которых являются отношения половые, считались и считаются во многих религиях не только чем-то, не имеющим ничего общего со святостью, но сферой, где она непременно нарушается.
Иного взгляда придерживается иудаизм. Половой инстинкт, как и все остальные, заложен в человеке Творцом и, как все остальные, может быть употреблен и во зло и к добру. Это одна из самых сильных страстей, и поэтому последствия в том случае, когда человек оказывается в плену у нее, бывают губительными, но если он пользуется дарами Б-га – а это, конечно, один из Его даров – так, как предписано законами Торы, то получение удовольствия от них становится выполнением воли Всевышнего, а, стало быть, служением Ему и путем к святости.» (9)
Прейгер и Телушкин в книге «Восемь вопросов об иудаизме» пишут: «В Десяти Заповедях категорически запрещается прелюбодеяние, то есть супружеская неверность. Но и в супружестве законы иудаизма не позволяют еврею предаваться сексуальным развлечениям в любое время, когда у него возникает желание. Две тысячи лет тому назад Талмуд запретил евреям вступать в половые сношения со своими женами до тех пор, пока жены не выразят встречного желания! Несколько дней каждого месяца супруги вообще должны полностью отказываться от половых сношений. При выполнении этих и многих других заповедей иудаизма секс из примитивного животного акта совокупления превращается в нечто более осмысленное, возможно даже – святое… Средневековый текст «Иггерет ха-Кодеш», авторство которого приписывается великому толкователю Библии Нахманиду, суммировал отношение верующего еврея к сексу следующим образом: «Когда человек в союзе со своей супругой в духе святости и чистоты – он пребывает в присутствии Божественного…» (10)
В исламе близкое (хотя, похоже, и более простое) понимание интимной жизни, усиленное, к тому же, правом мусульманина иметь не одну жену. Но суфии, если речь заходила о духовной чистоте, были очень строги. Так, по легенде, один из учителей святого Машраба, заметив, что тот воспылал известным желанием, пригрозил выгнать его, и при этом, чтобы прекратить у него половое влечение, нажал на какую-то точку на шее Машраба. И Машраб действительно «остыл». Буддист, становясь монахом, дает обет никогда не вступать в половые связи.
Христианство в лице Иисуса Христа категорически заявило о своем негативном отношении ко всему, что связано с сексом. Спаситель провел четкую грань между дозволенным и недозволенным не только во внешней жизни, но и внутри человека, в его чувствах: «Вы слышали, что сказано древним: „Не прелюбодействуй“. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем.» (Мф 5:27) Какое значение христианство придает девственности видно в Откровении Иоанна: «И взглянул я: и вот, Агнец стоит на горе Сион, и с Ним сто сорок четыре тысячи, у которых имя Отца Его написано на челах… Они поют как бы новую песнь перед престолом и перед четырьмя животными и старцами; и никто не мог научиться этой песне, кроме этих ста сорока четырех тысяч, искупленных от земли. Это те, которые не осквернились с женщинами, ибо они девственники; это те, которые следуют за Агнцем, куда бы Он ни пошел. Они искуплены из людей как первенцы Богу и Агнцу; и в устах их нет лукавства; они непорочны перед престолом Божиим.» (Откр 14:1—5)
И это не удивительно, если вспомнить, что первородный грех, который согласно христианскому учению изменил природу человека, сделав его смертным и склонным к падению, был как раз проступок сексуального характера. Появившееся в английском протестантизме движение пуритан вообще стало синонимом антисексуального поведения.
И в православном идеале человек освобожден от сексуального рабства, тем более святой.
Девственниками были Серафим Саровский и Иоанн Кронштадтский, который официально был женат. Иоанн Кронштадтский с супругой решили соблюсти духовную чистоту отношений.
В любом случае похоть сама по себе – проявление животного начала. Природа и дух здесь противостоят друг другу. Больше того, в христианстве за похотью видят действие злых, сатанинских сил. Отсюда становится понятным и смысл подобных ограничений. Ослабление желаний плоти содействует очищению человека. Телесная и эмоциональная чистота – обязательное условие роста духовного начала, и потому в православии девственность – неотъемлемая черта истинно святого. Но путь к святости не заказан и тем, кто познал грех. Пример – святая равноапостольная Мария Магдалина. Грех, даже тяжкий, может быть искуплен искренним покаянием и верой.
